18:49 

Графиня Ллойд
парень с холодцом и хреном
Кто с чем, а я со шпионами. Две страницы текста - растём! :lol:

Гая не интересует образование как процесс: на лекциях он скучает, домашнюю работу делает... "делаешь вообще?", - сухо интересуется Энтони в один из их вечеров. Гай дёргает плечом. Зачем тратить время на то, что тебе не интересно? Жизнь адски коротка, кто знает, что пригодится тебе сегодня, а что завтра. Знал ли Робинзон Крузо, что с ним случится? Вот Гай и не учится завязывать какой-то там хитро названный узел, потому что кто знает, выпадет ему оказаться у ног королевы или нет? Королевы – это, с одной стороны, дело Энтони, с другой же, вечный вид спорта Кима. Иногда Гаю кажется, что все места в зале же заняты, и ему пора выйти на воздух.
Профессора отмечают в нём всё, чем только можно обозвать человека. Больше всего Гаю нравится слово "содомит" – оно такое исконно родное, такое пряное на вкус. Только другим оно не нравится, потому что ну как же, все любят девочек, а Гай Бёрджесс – мальчиком, давайте сожжём его на костре презрения. Гай фыркает.
- Что? – Энтони поднимает голову от книги, плечи его напряжены и стянуты жилетом. Жилетом! Летом!
- Ты чёртов ненормальный, Блант, - попыхивая трубкой, Гая переворачивается на спину и потягивается.- Кому ещё придёт в голову в такую жару понавздевать на себя столько одежды?
- Во-первых, нет такого слова "понавздевать". Во-вторых, мне не жарко, - и Энтони снова ныряет в книгу.
Гай любуется лёгкими облачками и усмехается: он-то точно знает, как сделать Энтони горячо. Только бы не получить один из этих взглядов "как ты меня достал".
- Мне кажется, - начинает он, и уже по плечам Энтони видно, что тот костьми чувствет, к чему идёт разговор. – Мне кажется, хотя я могу ошибаться, - Гай прячет улыбку, - что здесь никого нет, кроме нас.
- Верно, никого нет.
- И вряд ли кто-нибудь появится. Это наше секретное место, Энтони, сюда даже профессора не ходят… Ой, прости! Всё время забываю, что ты теперь и есть профессор. Золотой профессор Кембриджа. Ой! Всё, молчу-молчу.
- Спасибо.
Энтони читает, и Гай со скукой переводит взгляд с неба на плечи Энтони. Расслаблены, но не полностью. Энтони позволяет себе не думать, пожалуй, только в те минуты, когда рядом никого, даже мух. Вдруг мухи – это злобные шпионы, готовые продать несомненно важные и секретные мысли Энтони Бланта за ложку варенья?
- Не смейся.
- Почему? – Гай перекатывается на живот и оказывается как-то неприлично близко. Ну всё, не миновать поджатых губ и холодного тона. Энтони отрывается от книги, мучительно медленно для Гая поднимая взгляд.
- Ты мне мешаешь. Если хочешь, можешь идти в дом.
- Ты мог бы поговорить со мной, - Гай кивает с умным видом. На сей раз Энтони прячет внутри что-то весёлое, и Гаю хочется тут же вытянуть это наружу.
- Ты сам хотел отдохнуть от болтовни, не так ли?
- Твоя болтовня меня никогда не угнетает. Энтони, - стоит выдохнуть поглубже, и волоски на его шее…
- Гай!
- Ну что?
- Не надо.
Гай резко садится и возводит очи к небу. Знакомое слово на букву "н" в его голове звучит чаще, чем любое другое слово из девяти букв. Гай ненавидит учить уроки, ему скучно и хочется бегать и купаться. Гай любит изучать людей, они как мошки копошатся и елозят туда-сюда по стёклышку, выпрашивая у своего Бога благ и комфорта.
Однажды Гай вычитал в книге про такой психологический приём, как просьба рассказать о себе. Теория требовала практики, и Гай поспешно спрашивал у всех окружающих: "Расскажи о себе". Ким смеялся, хлопал его по плечу и утверждал, что это неприлично, что человек не может дать грамотную оценку своим действиям. Дональд как-то весь скисал и говорил про отца, а после вынуждал Гая что-то отвечать. Билл, кузен Гая, рассказывал с мастерством Андерсона истории из детства, путаясь в именах.
Один только Энтони посылал Гаю такой взгляд, что становилось ясно, что ответ на этот вопрос тот никогда не услышит.
Пожёвывая травинку, Гай думал об ответах на некоторые вопросы, которые ему не суждено узнать. Дело было не в геометрии и не в цвете подштанников мистера Герга, преподавателя математикки, хотя…
- Слушай, ты должен знать, помоги мне! Все профессора очень близко общаются, вас всех перед каждым новым учебным годом кусает директор, чтобы заразить дето ненавистничеством…
Энтони закатывает глаза.
- Какого цвета подштанники мистера Герга?
- Гай!
- Уже второй раз за десять минут! Ну? Какого цвета?
- Я не буду отвечать на этот вопрос. Твоя неприязнь профессора меня не интересует, так избавь меня от подобных расспросов.
- Хм. Я мог бы тебе рассказать кое-что интересное про Филби.
- С чего ты решил, что меня заинтересует Ким?
- Может, не сам Ким, а девушка в его постели, - Гай по привычке облизывает пересохшие от ветра губы. – Может, девушка в его постели.
- Нет, благодарю.
- И тебе не интересно будет узнать, куда пропал твой учебник по математическому анализу.
- Какая связь?
Гай оглядывает Энтони взглядом победителя.
- Да, мне интересно.
- Данная леди, твоя кузина по чёрт-знает-кому, увлекается высшей математикой. Ким пришёл к ней с твоим учебником, а утром забыл его забрать.
- Если верить его версии, то Ким всего лишь не успел дочитать, поэтому попросил вернуть позже.
- Ты прекрасно знаешь, что это правда, - Гаю смешно от того, что Энтони не досмотрел за собственной кузиной, а ещё от того, что Гай знает о людях что-то, чего не знает Энтони. – Так что ты мне должен.
- Ничего я тебе не должен. Отстань.
- Я тебя заинтересовал, значит, ты мне должен.
Энтони молчит, хмурит брови и усердно читает. Какой хороший мальчик.
- Энтони, я тебя предупреждаю.
Светлая бровь ползёт куда-то вверх, но Энтони продолжает изучать теорию Дарвина. Гай вздыхает и устраивается рядом, даже для приличия открывает свою книжку ни о чём и играет в послушного ученика. Энтони ослабляет охрану дражайшей драгоценности Кембриджа, и Гай поспешно стаскивает с него жилет, победоносно вскакивая.
- Доволен? Может, теперь соизволишь отдать мне мою собственность?
- Боюсь, мой ответ будет отрицательным, - Гай мягко улыбается. – Тебе придётся меня переубедить.
- Если тебе хочется побегать наперегонки с мальчишками, то обратись лучше к Киму.
- С Кимом скучно, с тобой – нет, ответ очевиден. Или я, или жилет.
- Я предпочту общество книги, - Энтони хмуро отворачивается.
Гай задумчиво жуёт губу, пока, наконец, не садится рядом.
- Я не хотел тебя обидеть, прости.
- Не извиняйся, ты меня не задел.
Гай ждёт, что сейчас Энтони поднимет взгляд, полный недовольства, но тот не поднимает.
- Прости, - он наклоняется и дышит Энтони в плечо. – Но ты сам виноват, нужно исполнять уговор, а не выкручиваться.
- Гай, я читаю.
- Я вижу, - он обнимает Энтони со спины и утыкается носом в изгиб плеча. Очень напряжённого плеча. Они сидят несколько секунд в молчании, пока Энтони не бросает:
- Синие. Его подштанники синего цвета.
- Я так и знал! – Гай смеётся, и плечи под его ладонями становятся чуточку мягче.

@темы: Фанфик, Шпионы, прощай, жестокий мир!

URL
Комментарии
2012-04-14 в 11:47 

Yves_
Rehabs. Plural.
Откуда же он всё-таки знает про подштанники?:) Это очень хорошо и по-летнему:) Билл в именах не путается, хотя Андерсен ему польстил:)).

2012-04-14 в 13:26 

господин в клетчатом
от нуля до восьмидесяти парашютов
ааа, романтика)))))) по-летнему так))) Гай болтун))

2012-04-14 в 14:46 

Графиня Ллойд
парень с холодцом и хреном
Yves_,
Ну, думаю, откуда-то знает :) Энтони знает почти всё :)
Билл в именах не путается
Думаю, путается сам Гай, но фиг признается. Так что да, Билл-таки путается ;)

Hahnenfeder,
:crzjump:
По-летнему, да-да :rolleyes: в этом тексте было одно предложение, которое Гай хотел донести до Энтони, но расплескал на ходу :smirk:
Гай болтун))
Это было сказано с нежностью
Знаю, я прекрасно знаю :facepalm3:

URL
   

Гроздья рябины

главная